Автор:
Трудно сказать, что именно подвело Ивана Николаевича -- изобразительная ли сила его таланта или полное незнакомство с вопросом, по которому он собирался писать, - но Иисус в его изображении получился ну совершенно как живой, хотя и не привлекающий к себе персонаж. — о сатирической поэме Ивана Бездомного


Кто сказал, что нет на свете верной, вечной Любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык!


Никогда не разговаривайте с неизвестными — Название 1-ой главы


В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца Ирода Великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат.


Он шел в сопровождении Банги, а рядом с ним шел бродячий философ. Они спорили о чем-то очень сложном и важном, причем ни один из них не мог победить другого. Они ни в чем не сходились друг с другом, и от этого их спор был особенно интересен и нескончаем. Само собою разумеется, что сегодняшняя казнь оказалась чистейшим недоразумением — ведь вот же философ, выдумавший столь невероятно нелепую вещь вроде того, что все люди добрые, шел рядом, следовательно, он был жив. Казни не было! Не было! Вот в чем прелесть этого путешествия вверх по лестнице луны. — сон Понтия Пилата


Этот герой ушел в бездну, ушел безвозвратно, прощенный в ночь на воскресенье сын короля-звездочета, жестокий пятый прокуратор Иудеи, всадник Понтий Пилат. — последние строки романа


Наутро он просыпается молчаливым, но совершенно спокойным и здоровым. Его исколотая память затихает, и до следующего полнолуния профессора не тревожит никто. Ни безносый убийца Гестаса, ни жестокий пятый прокуратор Иудеи, всадник Понтий Пилат. — последние строки эпилога

Мастер:
Впрочем, вы... вы меня опять-таки извините, ведь, я не ошибаюсь, вы человек невежественный? — обращаясь к Бездомному


Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! так поражает молния, так поражает финский нож!


Меня сломали, мне скучно, и я хочу в подвал.

Воланд:
Но, отправить его в Соловки невозможно по той причине, что он уже с лишком сто лет пребывает в местах значительно более отдаленных, чем Соловки, и извлечь его оттуда никоим образом нельзя, уверяю вас! — о Канте


Рукописи не горят. — возвращая Мастеру роман, сожжённый 4 месяца назад


Люди, как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было… Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны… ну, что ж… обыкновенные люди… в общем, напоминают прежних… квартирный вопрос только испортил их… — о москвичах


Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус! И вообще не может сказать, что он будет делать в сегодняшний вечер.


Кирпич ни с того ни с сего никому и никогда на голову не свалится.


Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет! — В ответ на утверждение, что дьявола нет.


Я — историк. Сегодня вечером на Патриарших будет интересная история! — в ответ на вопрос, историк ли он.


Свежесть бывает только одна — первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая!


Вы когда умрете? — вопрос с целью подсчитать, сможет ли человек остаток жизни прожить безбедно


Праздничную полночь иногда приятно и задержать. — в ответ на вопрос, почему ночь не кончается


Интереснее всего в этом вранье то, что оно — вранье от первого до последнего слова. — о рассказе Бегемота

Понтий Пилат:
О, город Ершалаим! Чего только не услышишь в нем. Сборщик податей, вы слышите, бросил деньги на дорогу! — недоверчивая реакция Пилата на рассказ о Левии Матвее.


Что такое истина?


Итак, Марк Крысобой, холодный и убежденный палач, люди, которые, как я вижу, тебя били за твои проповеди, разбойники Дисмас и Гестас, убившие со своими присными четырех солдат, и, наконец, грязный предатель Иуда, - все они добрые люди?


Тесно мне! Тесно мне!


— Боги, боги... Какая пошлая казнь! Но ты мне, пожалуйста, скажи: ведь ее не было! Молю тебя, скажи, не было? — Ну, конечно, не было. Это тебе померещилось. — И ты можешь поклясться в этом? — Клянусь. — Больше мне ничего не нужно! — разговор Понтия Пилата с Иешуа Га-Ноцри во время их вечного путешествия по лунной дороге, во сне Ивана Николаевича Понырева
…никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами всё дадут!


Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как выглядела бы земля, если бы с нее исчезли тени? Ведь тени получаются от предметов и людей. Вот тень от моей шпаги. Но бывают тени от деревьев и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар, снеся с него прочь все деревья и все живое из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом? Ты глуп. — Левию Матвею


Ну что ж, тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит.


Зачем же гнаться по следам того, что уже окончено.


Оставим их вдвоем. Не будем им мешать. И, может быть, до чего-нибудь они договорятся. — про Иешуа Га-Ноцри и Понтия Пилата

Коровьев (Фагот):
Нет документа, нет и человека.


Да, но! Но, говорю я и повторяю это — но! Если на эти нежные тепличные растения не нападет какой-нибудь микроорганизм, не подточит их в корне, если они не загниют! А это бывает с ананасами! Ой-ой-ой, как бывает! — про писателей МАССОЛИТа


Граждане! Что же это делается? Ась? Позвольте вас об этом спросить! Бедный человек целый день починяет примуса; он проголодался... а откуда же ему взять валюту? Откуда? Задаю я вам вопрос! Он истомлен голодом и жаждой. Ему жарко. Ну, взял на пробу горемыка мандарин. И вся-то цена этому мандарину три копейки. И вот они уж свистят, как соловьи весной в лесу, тревожат милицию, отрывают ее от дела. — про паясничающего Бегемота


Вовсе не удостоверением определяется писатель, а тем, что он пишет! Почем вы знаете, какие замыслы роятся в моей голове? Или в этой голове?


Коровьев:Прелесть моя...
Софья Павловна:Я не прелесть.
Коровьев:О, как это жалко. Ну что ж, если вам не угодно быть прелестью, что было бы весьма приятно, можете не быть ею.

Азазелло:
Ведь вы мыслите, как же вы можете быть мертвы. Разве для того, чтобы считать себя живым, нужно непременно сидеть в подвале? — Мастеру, после его смерти

Бегемот:
Не шалю, никого не трогаю, починяю примус. И еще считаю долгом предупредить, что кот - древнее и неприкосновенное животное. — сотрудникам НКВД


Вызываю на дуэль! — сотрудникам НКВД


Я совершенно не понимаю причин такого резкого обращения со мной... — сотрудникам НКВД


Извините, не могу больше беседовать. Нам пора. — сотрудникам НКВД


Все кончено... Отойдите от меня на секунду, дайте мне попрощаться с землей. О мой друг Азазелло! Где ты? Ты не пришел ко мне на помощь в момент неравного боя. Ты покинул бедного Бегемота, променяв его на стакан — правда, очень хорошего! —коньяку! Ну что же, пусть моя смерть ляжет на твою совесть, а я завещаю тебе мой браунинг... Единственно, что может спасти смертельно раненного кота, — это глоток бензина... — издевательства над сотрудниками НКВД


Маэстро! Урежьте марш!


Прохор Петрович: Да что ж это такое? Вывести его вон, черти б меня взяли!
Бегемот Черти чтоб взяли? А что ж, это можно!


Ваше присутствие на похоронах отменяется. — дяде погибшего Берлиоза, после того как выяснилось, что того больше волнует квартира погибшего племянника, чем сам племянник


Слушаю, мессир, - если вы находите, что нет размаха, и я немедленно начну придерживаться того же мнения.


Я не могу стрелять, когда под руку говорят!


Протестую, это не позор! — имея ввиду действия Маргариты, набросившейся на Алоизия, расцарапывая ему лицо ногтями


У меня скорее лапы отсохнут, чем я прикоснусь к чужому.


Сим удостоверяю, что предъявитель сего Николый Иванович провел упомянутую ночь на балу у сатаны, будучи привлечен туда в качестве перевозочного средства... поставь, Гелла, скобку! В скобке пиши "боров". Подпись — Бегемот. — диктуя справку для Николая Ивановича


Чисел не ставим, с числом бумага станет недействительной.


Главная линия этого опуса ясна мне насквозь!


А я действительно похож на галлюцинацию. Обратите внимание на мой профиль в лунном свете...


Хорошо, хорошо, я готов молчать. Я буду молчаливой галлюцинацией.


Помилуйте… разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!


Да, сдаюсь, - но сдаюсь исключительно потому, что не могу играть в атмосфере травли со стороны завистников!


Домработницы всё знают — это ошибка думать, что они слепые.


Я ещё кофе не пил, как же это я уйду? Неужели, мессир, в праздничную ночь гостей за столом разделяют на два сорта? Одни — первой, а другие, как выражался этот гнусный скупердяй-буфетчик, второй свежести? — на просьбу Воланда выйти вон


Приятно слышать, что вы так вежливо обращаетесь с котом. Котам обычно почему-то говорят «ты», хотя ни один кот никогда ни с кем не пил брудершафта.

@темы: цитаты, Мастер и Маргарита